Введение в историю английского романа
Действие романа «Эдинбургская темница»

Без народной молвы, без Портеуса, без юридического жаргона Сэдлтри, без латинских цитат молодых адвокатов во вступительной главе история Джини и Эффи могла бы послужить материалом разве что для новеллы. Сама Эффи вырастает в романе в типическую, символическую фигуру именно потому, что сложная линия Эффи закономерно соединена с линией Портеуса. Муки совести, которые испытывает Дэвид Дине, сомневаясь, имеет ли он моральное право давать присягу на суде при правительстве, не утвердившем Ковенант, являются не просто «чудачеством» оригинала и упрямца, а воплощением коренных проблем эпохи. Отказ Джини сказать на суде «святую» ложь, чтобы спасти жизнь родной сестры, отказ, который, отвлеченно говоря, должен был бы сразу вызвать к ней антипатию читателей, все же выглядит в романе вполне понятным, убедительным и исполненным трогательного драматизма, ибо мы знаем, что стоит за этим отказом. За ним стоит сама история — история шотландских крестьян, поколениями боровшихся за справедливость; история тайных собраний фанатиков в порубежных долинах; история многочисленных мучеников, чьи имена не сходят с уст Дэвида Динса.

С каким мастерством улавливает Скотт сложное взаимодействие между личным началом и внешними, объективными силами в жизни человека! Дэвид Дине является историческим характером, но разве только к этому сводится богатый художественный образ, созданный Скоттом? Вот сцена, в которой Рубен Батлер пришел навестить овдовевшего Дэвида Динса (как удивительно тонко подмечено в поведении Динса переплетение личных переживаний с одержимостью религиозного фанатика и как великолепно отражается это переплетение в несколько абсурдном, нелепом колорите речей Динса!).

«— Молодой человек,— сказал он,— не будем печалиться

о смерти праведных, ибо истинно сказано, что они лишь покидают юдоль скорбей. Пристало ли мне проливать слезы о моей жене, когда не хватит моря слез, чтобы оплакать бедствия нашей несчастной церкви, оскверненной равнодушными и честолюбцами?

Я счастлив,— промолвил Батлер,— что вы способны позабыть о своем горе в заботах о делах общественных.

<- Предыдущая _ Следующая ->

 

На главную

Hosted by uCoz